Константин Арбенин не только лидер известной питерской группы «Зимовье зверей», но и поэт, прозаик, драматург. В его багаже четыре книги, два музыкальных спектакля, дюжина песенных альбомов, 10 концертных сезонов и публикации в толстых литературных журналах. В последнее время он все больше работает в жанре современной иронической сказки. По его «Сказкам на засыпку» была сделана серия музыкально-драматических постановок на радио, а на санкт-петербургском телевидении Арбенин ведет передачу для детей «Сказки дедушки Макея». К некоторым своим книгам и музыкальным альбомам он сам создает декорации…
В интервью «России» Константин Арбенин рассказал, как трудно быть волшебником.
– А нужны ли сейчас сказочники?
– Я думаю, что без этого ремесла не обойтись в любые времена. Я же не специально решил вдруг стать сказочником. Я вообще этого слова стесняюсь, но поскольку так получилось, что я сочиняю сказки, то меня все чаще начинают награждать этим почетным званием. И на вопрос «Какая у вас профессия?» я действительно уже иногда отвечаю: сказочник.
Я сказками с детства увлекался, и сказка во мне осталась и никуда не ушла. Мне всегда хотелось сочинять для детей, но получались почему-то больше сказки для взрослых. Сочинять для детей – это высшее мастерство. К этому можно только стремиться. Я – в процессе.
– Вы свои сказки кому-то конкретно адресуете или просто пишете для всех детей?
– Вообще, конечно, возвращение к детской теме произошло, когда родилась дочка. Я вдруг понял, что это главное. А потом пришел к осознанию, что писать для детей – очень важное и благодарное дело, потому что в детстве в человека закладывается буквально все: и вкус, и понимание, что такое хорошо и что такое плохо, и всякие мысли по поводу жизни. Поэтому меня несколько удивляет, что большинство людей искусства работу для детей считают чем-то неважным.
У меня в «Мурзилке» вышли первые детские стихи. Так вот многие мои знакомые смеются и говорят: ну ты дошел! А для меня это такое знаменательное событие, такое повышение «в должности», что я бесконечно этому рад. Ведь писать для детей гораздо труднее, чем для взрослых. Я считаю, что даже из классиков гениями можно называть в первую очередь тех, кто щедрость своего таланта отдавал детям. Все гении для детей писали. И Пушкин писал, и Толстой, и Маяковский...
– А у вас есть любимые сказки?
– Конечно. Сказки Андерсена например. Если говорить о менее известных, то очень люблю Софью Прокофьеву, ее сказка «Лоскутик и облако», я считаю, одна из лучших книг русской литературы, написанных для детей. Но меня интересуют не только сказки, но и судьбы их авторов, в частности, сказочников советских времен. К примеру, был такой человек – Николай Давыдович Вольгин. Он в соавторстве с Эрдманом написал сценарии таких известных фильмов, как «Морозко», «Огонь, вода и медные трубы», участвовал в создании многих мультфильмов, которые сейчас считаются классикой. Тем не менее о нем очень мало знают.
– Чего, по-вашему, не хватает нашим детям?
– Наверное, доброты. Все вокруг какое-то агрессивное, прагматичное. Детей обучают выживать и бороться с этим миром, а не жить с ним в гармонии. Еще в 90-е годы, когда по телевизору вообще не показывали советских мультфильмов, мы по сути теряли целое поколение. И сегодня они, уже выросшие, не знают элементарных вещей, например, кто такой Маршак. Поколение, которое подрастает сейчас, в этом смысле более счастливое, потому что мы, их родители, уже научены горьким опытом и пытаемся привить своим детям то, на чем воспитывались сами: вкус к хорошей литературе, к качественным мультфильмам… А тогда все было «отдано» на откуп телевидению.
– Вы своей дочке запрещаете смотреть неправильные, с вашей точки зрения, передачи и фильмы?
– Нет, у нас все получилось как-то само собой. Мы с женой сами мало смотрим телевизор, и если что-то показывали дочке, то только очень хорошее. И когда к годам четырем она сама научилась включать телевизор, мы вдруг обратили внимание, что низкопробный мультипликационный сериал ей неинтересен. Поэтому запрещать ничего не приходится. Видимо, сформировался какой-то вкус, и я очень этому радуюсь.
– По мере того как ваша дочка взрослеет, вы не охладеваете к детской тематике?
– Наоборот, становится интереснее и интереснее. Надо что-то делать для детей, как-то спасать ситуацию. Я недавно впервые выступал как детский поэт на одном мероприятии, читал для большой детской аудитории. Это совсем другие ощущения, нежели когда читаешь для взрослых.
– Ощущения лучше или хуже?
– Они просто другие. Поскольку я новичок в этом деле, мне очень страшно. К счастью, у меня есть наставники, которые поддерживают и вдохновляют: московский поэт Андрей Усачев, писатель и драматург Михаил Бартемьев, мой земляк Михаил Макиенко. Он пригласил меня писать сценарий для передачи «Сказки дедушки Макея», которая каждый день выходит на питерском телевидении.
– Детям нужно читать на ночь?
– Конечно, даже когда они научатся это делать сами. Недаром раньше существовали целые традиции семейного чтения вслух, которое, считалось, очень объединяет. К сожалению, это закончилось, и все сосредоточились на телевизоре. Но если ребенку читали перед сном, то это непременно когда-нибудь всплывет. |
